В целом, как говорится, ничего в ней нет и смотреть особенно не на что. Впрочем, в настоящий момент Джек и сам являл собой не лучшее зрелище. Он осторожно потрогал левую скулу - приемный отец вчера кулаком съездил, в дневник заглянул. Ничего нового, собственно, и все же здорово бы хоть раз ускользнуть из дому, избежав этакой встречи.

Откинув прядь черных волос, упорно падавшую на глаз, он снова бросил взгляд на Джорджию и ее отца. Тревога прямо-таки в походке ее чувствовалась, по мере того как она медленно-медленно приближалась к застывшей у машины фигуре. Джек тоже безотчетно замедлил шаг, подходя к своей старой, подержанной "нове", и бросил учебники на заднее сиденье.

- Джорджия! - произнес этот тип тоном, от которого у Джека кровь в жилах застыла.

Одним этим словом папочка и поздоровался вроде, и выразил свое высочайшее недовольство и угрозу. Глупо, но Джек почему-то тотчас же напрягся и сжал кулаки.

- Джорджия! Почему ты мне вчера не показала дневник?

Девушка остановилась буквально в футе от отца. Вот уж чего Джек ни за что бы не сделал - всегда предпочитал держаться вне досягаемости чьих бы то ни было кулаков. Джорджия не ответила, и отец, оторвавшись от машины, шагнул к ней.

- Так почему, Джорджия? Девушка, не поднимая глаз, ответила так тихо, что Джеку пришлось напрячь слух:

- Тебя не было дома.

- Ты знала, что я задержусь на работе. Почему же не оставила дневник на столе, как я распорядился?

- Я.., извини, папа. - Она вскинула было голову, но тотчас же снова ее уронила. - Я.., я просто забыла.

- Ты забыла?

Она молча кивнула.

- Что ж, зато я не забыл. И к твоему сведению, матрас - неудачное место для тайника. Первым делом я заглянул именно туда.

Из его голоса буквально сочилось презрение, и Джорджия вздрогнула, как от пощечины.

- Джорджия, ты не получила высший балл! - В этих словах прозвучал приговор. - Да еще по химии! Черт возьми, и как ты с такими оценками поступишь в приличный университет?