Жоссель все еще колебалась, и Беттина решила прервать затянувшееся молчание:

— Я буду ужасно скучать по тебе, когда уеду, мама. Неужели мы никогда больше не увидимся? — вздохнула она.

— Ну что ты, Беттина, конечно, увидимся. Если твой… муж не сможет привезти тебя погостить, тогда я попытаюсь убедить Андре отправиться на Сен-Мартен, — пообещала Жоссель, с тревогой глядя в глаза дочери. — О, моя малышка Беттина, мне так жаль, что отец настаивает на твоей помолвке! Я хотела, чтобы он разрешил тебе самой выбрать жениха. Если бы только отец позволил увезти тебя в Париж, там наверняка нашелся бы достойный человек, которого ты могла бы полюбить. В Париже есть из кого выбирать!

— Но разве граф де Ламбер недостойный человек? — удивилась Беттина.

— Возможно, но ведь ты его в жизни не видела и даже не знаешь, сможешь ли полюбить, найдешь ли с ним счастье. А это единственное, чего я хочу для тебя.

— Но отец выбрал графа де Ламбера, и тот хочет на мне жениться. Значит, он где-то видел меня?

— Да, год назад. Ты была в саду, когда пришел граф. Ах, Беттина, ты ведь такое прекрасное дитя и могла бы сама выбрать мужа, найти человека, с которым хотела бы провести всю жизнь. Но твой отец — приверженец традиций, и ему все равно, будешь ли ты счастлива, главное — соблюсти приличия.

— Таков обычай, мама. Я ничего другого не ожидала, — ответила Беттина.

— Ты очень хорошая, доверчивая девочка, а у меня сердце сжимается, как подумаю, что ты проживешь долгие годы с нелюбимым человеком. Поэтому я и пришла поговорить с тобой, хотя, возможно, не следовало этого делать.

— О чем ты, мама?

— Ты знаешь, что мой отец выбрал мне в мужья Андре Верлена. Я вышла замуж в четырнадцать лет и была готова любить мужа, стать ему хорошей женой, но через год поняла, что этому не суждено сбыться. Еще год спустя положение еще больше ухудшилось, ибо Андре хотел сына, а я все не рожала.