Прошло несколько часов. Уставшая после деловой поездки, Кэйтлин Рурке свернула на свою улицу и поставила машину у дома. Выключив двигатель, она обвела взглядом родные окна. Не смотрит ли на нее исподтишка оттуда Эйден Флинн?

— Скажи, Эйден отличается от Лайма?

Как же ей надоели наглые типы.

— Отличается. Только отстаньте. Отличается, как ночь ото дня.

Кэйтлин миновала гостиную и направилась в кухню.

— Эйден, что ты тут вытворяешь?

— Ничего особенного. Я голоден. Готовлю еду. — Он вскинул брови.

— Но в кухне такой погром.

— Ты преувеличиваешь. Просто выбираю посуду. — Эйден усмехнулся. — Мужчине тяжело управляться с кухонной утварью.

Она мотнула головой.

— Не надо было браться за непривычное для тебя дело.

На его лице промелькнула озабоченность.

— Просто хотел угодить и себе, и тебе.

Кэйтлин уставилась на ложку в его руке. С нее стекало на плиту что-то красное.

— Изобретенный тобою соус?

— Да. А что?

— Зря стараешься.

Она продолжала в оцепенении наблюдать за падающими каплями. На поверхности плиты уже образовалась маленькая лужица.

— Слушай, но ты же не повар.

— В общем, нет. Но практически я к этому готов.

Кэйтлин взялась за тряпку.

— Черт знает что. Испачкал плиту.

— Я готовлю фасоль с томатом. — Он демонстративно помахал ложкой.

— Фасоль? С томатом?

— Мне нравится это блюдо. А тебе? — Его белоснежные зубы сверкнули в улыбке.

— Смотря с чем его подавать. — Она усмехнулась.

В ответ Эйден снова помахал ложкой. На его светлой футболке появились маленькие красные точки.

Кэйтлин же сильно разозлилась. Ее плита быстро покрывалась пятнами от соуса.

— Я думаю, что воздух вокруг меня вкуснее, чем твое приготовленное на скорую руку блюдо, — резко заявила она.