— Не смей говорить о Лайме в таком тоне, — у девушки будто что-то взорвалось в груди. В ее глазах сверкали молнии. Она встала из-за стола, собираясь уходить. — Спасибо. Я больше не хочу есть. А сейчас дам тебе совет: не лезь в мою личную жизнь — запретная тема.

Эйден виновато посмотрел на девушку.

— Я не хотел тебя обидеть.

— Но ты сделал это. И вообще, мне не очень нравится общение с тобой. Мы слишком разные люди. Не люблю легкомысленных, богемных типов.

— Во как! Разве ты хорошо меня знаешь? — Он сохранял спокойствие.

— Человек, который никогда не относился к женщинам серьезно. Просто использовал их. — Она всплеснула руками.

— У меня есть время исправиться.

Кэйтлин склонилась над ним и с раздражением произнесла:

— Вряд ли у тебя это получится. Мне кажется, ты законченный эгоист. И высокие чувства тебе неведомы. А вот в моей жизни уже была настоящая любовь. И в моем сердце она останется навсегда. — Девушка развернулась и быстро вышла из кухни.

Эйден услышал, как она хлопнула наверху дверью. Он тяжело вздохнул и откинулся на спинку стула.

Черт! Непростая штучка. С этой пташкой трудно общаться. Но он попытается обаять ее. Неужели не получится?

Мик направил на Флинна камеру. Крупный план. Пусть зрители увидят печальное лицо героя телешоу. Прочувствуют настроение парня.

— Убирайся. — Эйден даже не взглянул в сторону оператора. — Дай пару секунд отдышаться.

— Не могу. Босс требует непрерывных съемок.

— А если тебе захочется по нужде? — Эйден засмеялся. — Что тогда?

— Слушай, хватит издеваться, — Мик продолжил работу. — Согласно правилам телешоу, я и Джо не имеем права упускать тебя и Кэйтлин из виду ни на секунду.

— Проклятые правила, — Эйден покачал головой.

— Она оказалась крепким орешком? — после недолгого молчания спросил Мик.