– Мне уже шестнадцать! – пискнула та и, еще больше смутившись, скрылась в толпе танцующих.

Дэвид кинул гневный взгляд на не менее сконфуженного друга и направился к выходу.

– Я думал ей уже, по крайней мере, восемнадцать, – оправдывался Говард. – Они так сильно красятся, что не разберешь, сколько им лет!

Дэвид грустно усмехнулся.

– Едем домой, Говард, я устал. Проигрывать тоже нужно уметь с достоинством.

Пока друзья пытались выбрать женщину, которая смогла бы претендовать на роль жены, на улице испортилась погода. Дэвид, прикрыв голову руками, кинулся к своему автомобилю, припаркованному в нескольких метрах от входа в ночной клуб, однако в одно мгновение вымок до нитки. Такой же мокрый Говард забрался в машину и захлопнул дверцу. С него ручьем стекала вода прямо на новенькие кожаные сиденья. Дэвид покосился на друга, но ничего не сказал.

Мотор взревел, и синий «шевроле» рванул на дорогу. До полуночи оставалось десять минут. Именно столько времени занимала дорога от клуба до особняка Гриффитсов.

– Неудачная ночка, – проворчал Говард. – Я не подцепил ни одной хорошенькой куколки, а ты не нашел себе жену.

– Отец будет кататься со смеху, когда узнает о нашем ночном приключении, – вздохнул Дэвид. – Он часто повторяет мне, что я веду себя, как подросток, и сегодня я понял, что папаша был прав.

– Прекрати ныть. Нельзя жалеть себя, старина. Ты сделал все, что мог.

Дэвид молча кивнул и уставился на дорогу. Ему не терпелось поскорее оказаться дома, пусть даже придется выслушивать насмешки отца.

Внезапно из темноты вынырнула какая-то фигура. Яркий свет фар на мгновение высветил силуэт женщины, перебегающей дорогу. И уже в следующее мгновение Дэвид изо всех сил вжал педаль тормоза в пол. Автомобиль резко остановился. Говард по инерции подался вперед и стукнулся головой о лобовое стекло. Дэвид крепко держал руль и тяжело дышал. Несколько секунд они молчали, а потом, не сговариваясь, открыли дверцы и выскочили наружу.