Длинными душными вечерами все ее мысли были о нем. Часто Ленни просыпалась посреди ночи от назойливо повторяющегося сна, где перед ней как наяву вставало надменное лицо Стэнли Дайвера, запечатлевшееся в ее мозгу с такой силой, что она была не в состоянии избавиться от этих видений.

Несколько раз на дню ее взгляд вдруг застывал, устремляясь в одну точку. Мечты, мучившие ее по ночам, вдруг всплывали перед глазами, словно отчетливо выписанные миниатюры, наполненные смутно влекущим эротическим смыслом.

Телефон зазвонил однажды утром, когда она сидела за завтраком с чашкой чая и тостом в руке. Поспешно проглотив кусок, она сняла трубку.

— Леонора, это Стэнли Дайвер. Я хочу пригласить тебя сегодня на ленч, если возможно.

— Сейчас взгляну, — сказала она, судорожно листая свою записную книжку. — Да, сегодня я свободна.

— Отлично. Ты можешь быть в «Черной жемчужине» в 12.30?

У нее была запланирована деловая встреча на три часа, так что времени было достаточно.

— Нет проблем! — выпалила она и, чтобы смягчить столь поспешное согласие, добавила: — Я постараюсь.

— Тогда до встречи, — сказал он и повесил трубку.

Коротко и ясно, подумала она и покачала головой. Из-за чего шум? Буря волнений, тревожное предчувствие? Почему уже который день после той мимолетной встречи она не находит себе покоя? Ленни долго сидела в оцепенении, тупо уставясь в открытое окно. Шмель опустился на терракотовый лепесток настурции и, медленно перебирая лапками, тянулся к сердцевине цветка. Тут только она заметила, что все еще сжимает телефонную трубку с такой силой, что пальцы побелели…

Только однажды в жизни она так явственно ощущала свое тело, каждый нерв, каждую клеточку. Только однажды в ее прежней жизни она поддалась внутреннему порыву и, словно околдованная песней сирены, безоглядно ринулась навстречу беде.

Ленни усвоила, что жизнь протекает более спокойно, если не пытаться обмануть самое себя. Поэтому сейчас она заставила себя признать, что дерзкие мечты, не оставляющие ее, словно наваждение, есть плод ее страстных чувств.