– И что еще вам остается? – холодно продолжал Мак. – Вот вы уже начали паниковать, Оуэн.

– Что за чушь! – пробормотал Оуэн.

Мак продолжал, будто не слыша собеседника:

– Уважающий себя бизнесмен должен признать, что устал, и удалиться от дел. По утрам ему следует играть в гольф, а после обеда сладко спать.

– Уважающий себя бизнесмен, Валентайн, – Оуэн горько рассмеялся, – не стал бы предоставлять наиболее выгодные условия сделок привилегированным клиентам, а именно длинноногим и пышногрудым особам.

– Я могу привлечь тебя к суду, Уинстон.

– Ты с твоим острым умом не допустишь, чтобы эти мои слова стали известны суду, поэтому процесс надолго затянется. А это еще хуже отразится на твоей репутации.

Мак несколько мгновений собирался с мыслями, потом заговорил поразительно спокойным голосом:

– Возможно, с тобой придется действовать иначе, нежели через суд.

– Какой же ты умница, Валентайн! А теперь уже поздно, у меня...

Мак поднялся и шагнул по направлению к двери.

– Я найду другой способ, – прервал он Оуэна, – чтобы заставить тебя заплатить за содеянное.

– Уже восьмой час, Валентайн, – натянуто проговорил Оуэн. – Я должен идти на ужин.

– Конечно, отправляйся домой, к семье, – Мак открыл дверь кабинета и жестом подозвал Клэр. – У тебя милая дочурка, как ее зовут?

Оуэн не ответил.

– Вспомнил! – Мак повел бровью, подавая знак Клэр. – Ее зовут Оливия. Красивое имя.

Мак наблюдал за тем, как Клэр подошла к компьютеру и принялась отыскивать нужную информацию.

– Мне говорили, что она красива и мила, любит своего отца и не замешана в скандалах. Интересно, как скоро удастся испортить такую благонравную особу?

Клэр взглянула на Мака. На ее лице отражалось одновременно уважение к боссу, любопытство и ужас.

– Не приближайся к моей дочери! – взвился Оуэн.

– Я не религиозен, Оуэн, но считаю, что в случае с тобой лучше всего действовать по принципу «око за око», – Мак вернулся кабинет. – Возможно, я надменен, эгоистичен, но не занимаюсь мошенничеством. Каждому из моих клиентов я предоставляю жесткую гарантию вне зависимости от пола. Ты же зашел слишком далеко.