– Я б не заходил так далеко, – возразил Эмиль.

– Я тоже, – вставил слово Джастин. Но и эти двое не были готовы выступить в защиту обиженных судьбой, ясно поняла Мелоди. Если добраться до существа дела, то Хлоя права. Для большинства людей показная сторона и всемогущий доллар – главное.

Оставив шубу и сумочку в небольшой кладовке в служебной части магазина, Мелоди проверила в зеркале, как она выглядит, и вернулась к своим коллегам, которые стояли, как часовые у ворот дворца, готовые отразить вторжение.

– Чего вы боитесь? – спросила у них Мелоди. – Репортеры, пытающиеся добиться интервью с нами, это те же самые люди, которые поддерживали нас хорошей рекламой и в результате помогли продать в течение месяца все билеты. Вполне естественно, что они пришли сюда снова, ожидая свежих новостей.

– Боже, спаси меня грешную! – вздохнула Хлоя с возмущением, готовая вот-вот взорваться. – Ты случайно не нанялась заговаривать нам зубы? Они как ищейки, взявшие след, а мы – добыча.

К сожалению, вскоре выяснилось, что Хлоя была права. К журналистам присоединилось много публики со стороны, и настроение толпы было в самом деле далеко не дружественное. То, что на прошлой неделе воспринималось как достойное дело в помощь нуждающимся, теперь истолковывалось как эпизод партизанской войны против невинных прохожих. За одну ночь облик владельца магазина оказался очерненным: его побудительные мотивы сводились к жажде наживы и к ненависти по отношению к беззащитным, несчастным людям, чьим единственным грехом являются ограничения экономического и социального порядка, которые им не подконтрольны.

– Сет Логан был сбит машиной неподалеку от своего дома и, возможно, никогда не будет ходить снова, – начал один из репортеров. – Это и означает, в вашем понимании, протянуть руку помощи людям, большинство из которых жило здесь задолго до того, как вы решили устроить торговые ряды в этом районе?

– Конечно нет! – воскликнула Мелоди. – Несчастный случай с мистером Логаном явился для нас полной неожиданностью, и мы все сожалели о случившемся.