— Я еще никогда ни для кого не был героем.

Кэти взглянула на него, и он понял, что может утонуть в ее удивительных зеленых чистых глазах. Уголки ее прелестных губ изогнулись в улыбке.

— Теперь ты — герой!

Он потянулся и положил ладонь ей на шею, под волосами:

— Не теряй эту мысль, договорились?

— Пожалуй, я так и сделаю, — сказала она и приподнялась на цыпочках, чтобы легонько поцеловать его в губы. Затем отступила назад и сказала: — Возвращайся побыстрее.

Его губы покалывало от ее прикосновения, дыхание замерло в груди, и внезапно он понял, что возбужден так, что едва мог дойти до своего пикапа.

Николь и Коннор присоединились к ним за ужином. Кэти убедила саму себя, что просто проявила вежливость — Николь была все еще расстроена, и они все ужасно устали, убирая ее кухню. Но, по правде говоря, тот момент у двери в доме Николь так потряс Кэти, что ей было необходимо, чтобы кто-нибудь составил им компанию на вечер.

Рейф был просто замечательным! Вот, например, Корделл Кинг ни за что бы не залез под чью-то раковину, чтобы там что-то починить. Он был слишком элегантен и серьезен для этого.

«Рейф совсем другой», — думала она, наблюдая за его игрой в мяч с маленьким Коннором. Малыш махал обеими ручками, пытаясь схватить мячик, и Рейф смеялся вместе с ним, когда ему это не удавалось. Этот мужчина был просто…

— Потрясающий, — сказала Николь, невольно закончив мысль Кэти.

— Что?

— Он — потрясающий! — Николь улыбнулась Кэти, затем перевела взгляд на своего сына, играющего с Рейфом, и добавила: — Этот парень — один на миллион, Кэти.

— Я как раз об этом подумала.

— Правда? Если ты так думаешь, то зачем привела нас с Коннором сюда, испортив себе все свидание?