— В «Национале», — машинально ответила Селма.

Как все нелепо и странно. О случаях, подобных этому, то и дело читаешь и слышишь. Но одно дело издалека сочувствовать людям, попавшим в беду, а другое — оказаться в их положении.

Адам тем временем узнал телефон «Националя» и уже набрал нужный номер. Он протянул трубку Селме.

— Хочешь первой поговорить с ним?

Та отрицательно покачала головой.

— Ты сможешь гораздо лучше объяснить сложившуюся ситуацию.

Адам сжато изложил Грингеру суть происшедшего, заверил его, что дочь в безопасности и сейчас находится здесь, у него, Симмонса, потом передал трубку Селме.

— Привет, папа.

— Слава богу, с тобой все в порядке, — послышался взволнованный голос отца. — Я немедленно заявлю о случившемся в полицию. Мне даже в голову не могло прийти, что эти мерзавцы пойдут на такое! Но ничего, они дорого заплатят за свое преступление.

— Что это за люди, папа? Я хочу знать, кто хотел похитить меня!

— Мне сейчас трудно все объяснить тебе, милая моя принцесса. Я недооценил серьезность ситуации. Если бы с тобой что-то случилось, я никогда бы не простил себе.

Да, рассчитывать на исчерпывающий ответ не приходится, с горечью подумала Селма.

— Но я боюсь за тебя, папа! Прошу тебя, будь осторожен!

— О, не беспокойся. Я могу позаботиться о себе. А вот ты обещай мне, что уедешь из города и будешь делать все, что скажет Адам.

Вот как повернулось дело! Отец настаивает на том, чтобы она неукоснительно подчинялась бывшему мужу. В другой ситуации и посмеяться можно было бы. Впрочем, отец всегда доверял Адаму. Они работали вместе в течение пяти лет и относились друг к другу с большой симпатией и уважением. Решение дочери развестись с мужем Грингер не одобрил.