— Хорошо, — бросила она. — Пойду высушу волосы и почищу зубы.

Селма устремилась в ванную. Ноги дрожали, по телу прошла горячая волна. Испуганная девственница! Надо же такое сказать!

Рывком сняла с крючка фен и стала сушить волосы. Приглушенный однообразный звук моторчика действовал успокаивающе. Но тяжесть в груди не проходила. Хотелось плакать от жалости к самой себе.

Стрижка короткая — волосы высохли быстро. Из несессера Адама достала зубную пасту.

Рядом с несессером лежала расческа, и Селма, поколебавшись немного, взяла ее и прошлась по волосам. Было что-то интимное в том, что она копалась в его вещах. Ну да бог с ним! Вышла в комнату.

Сняв ботинки и носки, положив голые ступни ног на кровать, Адам смотрел телевизор. Знакомая поза…

Селма встала у постели, не зная, что делать дальше. Можно, конечно, привычно снять халат и нырнуть под простыню. Однако подобное шоу с раздеванием явно неуместно, если рядом даже не просто мужчина — бывший муж. В пору их брака Селма всегда спала обнаженной. Но сейчас-то они, можно сказать, чужие друг другу. Не пристало, значит, следовать былым привычкам.

— У тебя есть что-нибудь, что я могла бы надеть вместо ночной сорочки? — спросила Селма. — Может, какая-нибудь футболка?

Адам смотрел на нее какое-то время, как бы переваривая вопрос. Затем указал в сторону шкафа.

— Второй ящик справа. Там лежит голубая майка, новая и, главное, длинная.

Ей послышалась насмешка в тоне, в самих его словах, впрочем, уверенности не было. Она нашла футболку и пошла в ванную, чтобы надеть ее.

— Очаровательно, — с улыбкой прокомментировал Адам ее появление на пороге ванной. — Ты что, серьезно думаешь, что эта штука может остановить меня, если я захочу овладеть тобой?

— Пошел к черту, — огрызнулась Селма.

Адам рассмеялся.