— Если я тебе неприятен и неинтересен, — добавил Эйнджел, когда молчание стало невыносимым, — то самое время сказать «нет».

Синди слабо улыбнулась, а потом, набравшись духу, хрипло ответила:

— Я этого не говорила… И не собиралась…

— Правда? — словно не веря, переспросил он. — Тогда расскажи, что тебя все-таки мучает?

Ее взгляд рассеянно скользнул по стене.

— У меня не складываются… серьезные отношения.

— Наверное, у тебя был мужчина и ты порвала с ним? Или даже не один?

Синди бросила на него беглый взгляд.

— Просто я неловко чувствую себя в мужском обществе.

Эйнджел скептически посмотрел на нее.

— Но ты же красивая молодая женщина, — медленно, словно заново оценивая ее, проговорил он. — В твоей жизни должны были быть мужчины, которых бы ты всерьез заинтересовала.

— Я увлеклась своим салоном, и в первую очередь меня волновало, как идут дела. Для другой жизни времени не оставалось.

— Вот оно что, — тихо присвистнул Эйнджел. — То есть тебя волновало, как заработать тридцать-сорок тысяч в год. Но разве это главное в жизни? — Он нахмурился. — Скажи, а я, к примеру, тебе интересен?

Наступил момент истины. Синди почувствовала, что лицо ее побледнело, а щеки и виски сделались холодными. Испытывая легкое головокружение от дурного предчувствия, она ответила:

— Ты… ты мне нравишься.

— Нравлюсь? — Он комично поднял брови и рассмеялся.

Должно быть, со стороны она выглядела ужасно наивной. А ведь он и понятия не имел, каких усилий ей стоило произнести такое. Вскинув подбородок, Синди вызывающе посмотрела в лицо Эйнджелу. Смешинки в его глазах разом исчезли, и он протянул руку.

— Иди ко мне.

Синди напряглась и судорожно глотнула, она была ошеломлена. Но через секунду нерешительности она послушалась, сделав один короткий шажок навстречу, потом другой…