Снова вцепившись в оплетку руля, Синди отчетливо вспомнила сильную ладонь незнакомца. За этой силой не ощущалось угрозы. Когда она впервые перехватила его взгляд, глаза мужчины светились ненавязчивым интересом, потом в них появилось беспокойство, а еще позднее — приводящие в замешательство любопытство и проницательность.

Зажегся зеленый фонарь светофора, и Синди нажала на газ, промчавшись через перекресток на высокой скорости. Она была выбита из привычной колеи. Возбуждена. В области живота ощущала какие-то странные пульсации, а к горлу подступил комок. По всему телу растекалось тепло, и она почувствовала, что слабеет с каждой минутой.

Приехав в коттедж на окраине города, который Синди снимала вместе с подругой, она открыла багажник, вытащила стопку плиток из коробки и отнесла их наверх, к себе в спальню, которую превратила в домашнюю мастерскую.

В будущем она сможет создавать свои творения в новом художественном салоне в самом центре города. Пока ей предстояло выполнить относительно небольшой мозаичный триптих, нижняя часть которого уже была разложена в комнате прямо на деревянном полу.

Выгрузив плитку, Синди осмотрела свой локоть и наложила холодный компресс на больное место. Позже пришла соседка по дому, работающая медсестрой в частной больнице, и настояла на том, чтобы Синди позволила ей прощупать руку.

— Слава Богу, перелома нет, — подбодрила ее Бетти. — Но, возможно, тебе все-таки придется съездить в больницу.

— Ладно, так и сделаю, если не станет лучше, — пообещала подруге Синди.

После обеда она завернула плитки в газету и разбила их молотком. Как она и сказала незнакомцу во время их внезапной встречи, большая часть плитки уже и так была повреждена или вовсе разбита. В магазине строительных материалов, где Синди уже знали, для нее оставляли поврежденные при транспортировке или хранении материалы, которые могли быть использованы для мозаики.