— Рэн, — пылко простонала она и с невинным кокетством прильнула к нему.

Внезапно руки Рэна сомкнулись вокруг нее, не отталкивая как раньше, а удерживая в объятиях; его пальцы впились в нежную кожу предплечья, в то время как другую руку он запустил в ее длинные волосы.

У Сильвии закружилась голова и подогнулись колени.

Раньше ей казалось, что ее сердце бьется слишком быстро, но это ни в какое сравнение не шло с теперешним бешеным ритмом. Все ее существо было охвачено упоением.

Рэн! Рэн! Рэн!

Сильвия так сильно его любила, так сильно хотела. Она страстно прижималась к нему всем своим юным телом. Каждая ее клеточка изнывала от желания.

Она отчаянно хотела заняться с ним любовью. В последние несколько недель, пока они вместе очищали заросший пруд в поместье ее сводного брата, она взглянула на Рэна по-новому и влюбилась в него по уши, со всей страстностью и безудержным пылом своих семнадцати лет.

А теперь, после всех обид, вызванных его отказом, после его нежелания понять ее чувства, он обнимает ее, целует… хочет…

В ней разгоралось возбуждение. Ее груди жаждали ласк и прикосновений, о которых она читала только в любовных романах. Мысль о занятии любовью в кровати Рэна была пределом ее мечтаний. Она с готовностью приоткрыла рот, чтобы впустить внутрь его язык, но Рэн неожиданно оттолкнул ее, его лицо потемнело от злости.

— Рэн, чт-то… что случилось? — запинаясь, пробормотала она.

— Что случилось? Ой, ради бога… — буркнул он. — То, что ты спрашиваешь, еще раз доказывает… Ты еще ребенок, Сильвия… Полгода тому назад…

Сильвия до боли закусила нижнюю губу, заметив ярость в глазах Рэна, когда он провел ладонью по густым каштановым волосам.

— Прости… Я не должен был так поступать… — коротко сказал он.