Тони тихонько вздохнула. Джулия просила о помощи, а Тони чувствовала, что совершенно не способна помочь ей даже советом.

— Костас говорил тебе когда-нибудь, что любит тебя?

— Много раз. Я не сделала бы этого, если бы он не говорил. Я думала, что мы поженимся, когда окончим университет.

— Где он живет?

— На Косе.

Глаза Тони остановились на катере, плывущем прямо к берегу.

— Так вот почему ты хотела, чтобы Дарес взял тебя с собой.

— Не совсем. Понимаешь, даже когда я еду туда с Даресом, мы бываем только в доме зятя, где нас угощают, а затем снова возвращаемся. Дарес любит ходить под парусом, и поэтому он всегда перевозит Маргариту и Панайотиса сам, когда они хотят приехать в гости. Нет, я не увидела бы Костаса. Как я смогла бы с ним увидеться? Он обещал писать, а за все это время не прислал ни одного письма. Дарес сказал, что, если бы у Костаса были серьезные намерения, он давно бы приехал к нему и к матери просить о помолвке.

— Может, он заболел или еще что-нибудь.

— Он не заболел. Моя кузина видела его, и он сказал ей, что не хочет больше встречаться со мной.

Джулия подбрасывала камешки, потом стала бросать их в море, другой рукой вытирая слезы, текущие из глаз.

— Думаю, что я должна забыть его и выйти замуж за Стефана.

— Но ты говоришь, что Стефан может не захотеть жениться на тебе.

— Если я не расскажу ему о Костасе, он женится.

— А потом?

Щеки Джулии внезапно побледнели.

— Я не знаю, Тони. — Она покачала головой и дрожащими губами добавила: — Я с ума схожу… О, Господи, что мне делать?!

Тони нахмурилась. Она чувствовала себя беспомощной.

— Если этот Костас напишет, если он покажет, что любит тебя, ты сможешь расторгнуть помолвку?