— Ваш кофе. — Мужчина опустил ярко-желтую кружку ей в ладони и осторожно уселся на пуф.

— Спасибо. — Она сделала глоток дымящегося напитка, украдкой наблюдая за тем, как он пьет.

— Почему вы хромаете?

Она чуть не вылила кофе себе на колени. Никто не задавал ей в лоб вопросы о хромоте, и она не привыкла к такой откровенности.

— Я.., со мной произошел несчастный случай.

— Давно?

— Около.., полутора лет назад.

— Что случилось? — Он наклонился вперед, немного смущая ее видом своих четко вылепленных скул.

— Я упала.

— Как?

— Вы задаете слишком много вопросов.

— Помните, мы договорились быть честными, Мэган? — мягко сказал он. — Я знаю, откровенность причиняет боль, но иногда жить с тайнами больнее, чем поделиться с тем, кто в силах помочь.

— А знаете, из вас получился бы хороший следователь! — Ей захотелось поставить этого человека на место. Он добился того, чего хотел, ее мысли смешались.

— Да, я знаю, что веду себя как собака с костью.

Это не самое лучшее мое качество, но, строя из себя жертву, вы ничего не добьетесь. Вперед, Мэган, мне не важно, сколько времени мы будем сидеть здесь. — Он подчеркнуто безразлично посмотрел на часы. — У меня нет никаких планов на вечер, и я бы предпочел говорить с вами, а не заниматься чем-либо еще.

Ужас овладел Мэган: значит, он не отпустит ее в ближайшее время.

— И вы собираетесь продолжать разговор в том же духе? — Она встретилась с его прямым взглядом и с удивлением обнаружила нежность в его глазах.

— Вы можете не рассказывать мне то, что желаете утаить, Мэган. Все происходит по доброй воле, и ничего не выйдет за пределы этой комнаты. Даю вам честное слово.

Очевидно, он говорит правду, порядочность написана у него на лбу. Внутренняя сила и честность, исходившие от него, увлекали ее за собой: рассказанные тайны останутся тайнами.