— Кэтрин!

Она услышала беспокойство в его голосе и поспешила открыть дверь.

— Да?

Джордан окинул взглядом ее стройную фигуру, но тут же отвел глаза.

— Я приготовил ужин. Сейчас подам на стол. — И он скрылся в кухне.

Кэтрин немного помедлила и решила принять приглашение.

— Входи, входи. Я не кусаюсь. — Джордан улыбнулся, заметив, как она мнется в дверях. — Ты любишь омлет? Боюсь, мои кулинарные таланты не простираются дальше.

Джордан поставил перед ней тарелку, и Кэтрин вздрогнула. Она не отрывала глаз от стола, чтобы он не заметил ее нервозности, но Джордан всегда видел ее насквозь.

— Прекрати! — Он протянул руку и приподнял ее подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. Его взгляд был полон грусти и горечи. — Клянусь, Кэтрин, что я больше не буду делать то, что сделал сегодня. Сожалею и приношу извинения, если обидел тебя. Можешь больше не трястись от страха, что я вдруг опять наброшусь на тебя!

Кэтрин взяла бокал и сделала глоток охлажденного белого вина. Но и вино не помогло. Она поставила бокал; вопросы вертелись в ее голове и требовали ответа, хотя задавать их вслух было просто безумием.

— Зачем ты это сделал, Джордан?

— А ты как думаешь?

Она пожала плечами, глядя в свою тарелку, словно омлет восхищал ее.

— Чтобы проучить меня, чтобы доказать… не таю, что именно.

Джордан тихо засмеялся, и Кэтрин с удивлением посмотрела ему в глаза, услышав в его смехе нотку боли.

— Хотелось бы мне сказать, что это так, Кэтрин, но причина, по которой я действовал, самая простая. Я ревновал.

— Ревновал? — Кэтрин была потрясена, и не могла скрыть это. Она смотрела на Джордана полными растерянности глазами. — К кому? О, Боже, неужели к Чарлзу?

— Да, к Чарлзу. — Он внезапно поднял голову, и его глаза сверкнули. — Ты — моя жена. Как я должен реагировать, когда слышу, сколько времени ты проводишь вместе с Чарлзом?