Один из парней стоял позади палатки, только голова чуть виднелась над крышей, и смотрел на них в бинокль. Если бы линзы не сверкнули на солнце, ни за что бы его не заметить. Второй сидел на корточках у входа в палатку. Кучер, заметив выражение лица Вовца, тоже оглянулся.

– За палаткой с биноклем, – подсказал тот.

Но Селифанов ничего не разглядел, тем более, что лодка все больше удалялась от песчаного островка.

– А знаешь, – сказал Кучер, – они ведь тут не первый день кукуют. Мы позавчера утром их видели, просто близко не подходили. Так же валялись, бездельничали.

– Что-то не похоже, что они здесь больше двух дней, загара-то нет, видал, чуть розовые? – возразил Вовец. – Хотя… – он задумался, консервных банок штук двадцать валяется. Зато канистра с водой почти полная.

– Ты даешь! – изумился Кучер. – Шерлок Холмс! На кегебейку, часом, не работал? Канистра алюминиевая, наполовину в песок закопана. Ты что, заглядывал в нее?

– Отпотела почти до самого верха. Вода холодная, из родника или колодца. А палатка давно поставлена. Видал, колышки какие сухие, и натяжка ослабла?

– Колышки могли на месте подобрать, готовые. А за водой утром сплавали.

– Весла видел? Тоже внимания не обратил? Они вместо стоек палатку держат. А из лодки воздух выпущен почти весь. Это её на солнышке так раздуло, хотя складочки ещё остались. А на песочке следы точь-в-точь, как от морды нашей "казанки" натыканы.

– Ишь ты, – Кучер изумленно помотал головой, – да ты парень непростой. Я тебя уже боюсь. Может ты и мысли читаешь?

– Очень жаль, но что нет, то нет. А неплохо бы узнать, почему у них рация работает, а сами дрыхнут? Проспали ведь они нас, прочухали. Неспроста они тут дежурят, неспроста.

– Может, на "контору" работают? – предположил Кучер. – Или рыбнадзор какой?