Сейчас, прикованный к постели, которую ему никогда уже не покинуть, король имел много времени, чтобы оглянуться на прожитые годы и в какой-то мере оценить свои свершения. Вокруг всегда было много людей, твердивших ему, что он бог. У него не было никакого желания им возражать, но боги не валяются в постели с гангреной, сжигающей их жизнь. Он смертен, полон человеческих слабостей, и, поскольку никто и никогда не указывал ему на них, он и никогда не пытался подавить их в себе.

Король знал, что каждый день люди во Франции умирали от голода, а он, именно он, тратил богатства страны на войны. Но разве все эти войны велись не во славу Франции и не в интересах французского народа? Нет, все это было во славу и обогащение Людовика! Война захватывала его. Он мечтал о французской колониальной империи, самой могучей в мире. По всей стране он оставил свидетельства мощи Франции.

Во-первых, Версаль, его дворец, он задумал как самый величественный в мире. Колонны Ле-Во символизировали число месяцев в году, а маски в сводах над окнами нижнего этажа – этапы человеческой жизни, ведь Версаль должен был стать центральной звездой Солнечной системы, вращающейся вокруг великого короля-солнца.

Из-за его страсти к строительству огромных дворцов и любви к войнам страдало огромное количество его подданных.

«Если бы я мог начать все заново, – думал умирающий король, – я бы поступил иначе. Я бы в первую очередь думал о людях, и они любили бы меня так же, как раньше, когда объявили королем в четыре года.

Четыре года! – думал он. – Я был слишком мал, чтобы стать королем Франции».

А сейчас вот в соседней комнате сидит другой маленький мальчик, который через день-два… наденет корону Франции.

Будущее наследника престола, Людовика XV, казалось настолько тревожным, что Людовик XIV перестал ворошить прошлое.