Она еще не выжила из ума, чтобы осквернять Поляну боевыми действиями. Даже если в результате она смогла бы избавиться от этих несносных братьев. Каждого из четырех она могла отличить друг от друга с закрытыми глазами, несмотря на то, что они были очень похожи между собой.

Тэган молчал. Кеннет тенью стоял рядом с ним. Диану всегда раздражало их спокойствие, которое она принимала за выражение слабости. Единственное, что не вязалось с этим образом, это отсутствие страха в их глазах.

Конечно, они же уверены, что я не стану нападать на них здесь. Что ж, у меня еще обязательно появится возможность застать кого-нибудь из Фаридэ врасплох! Думала про себя гронгирейка.

И все же сегодня братья были не просто спокойны. Их лица сияли какой-то внутренней непонятной Диане радостью, и от того казались еще более одинаковыми.

– Может, прогуляемся по лесу? – шутливо предложила она, желая поразвлечь себя хотя бы насмешками над ними.

Тэган почувствовал, как заныло его бедро, и вспомнил их последнюю с Дианой стычку на берегу залива. Естественно, ни он, ни Кеннет не могли принять ее предложение о прогулке, так как это было равносильно самоубийству. Даже вдвоем им нечего было противопоставить ей в боевой магии. Поэтому их путь домой лежал только через портал. И Тэган уже хотел его открывать, но Кеннет, более горячный, чем его старший брат, стоял, не спуская с гронгирейки глаз.

– Ты что-то хочешь мне сказать, Фаридэ? – холодно спросила Диана, глядя на него сверху вниз.

Даже при его немаленьком росте, она была выше его на голову.

– Да, хочу, Рэстридж! Ты не победишь в этой войне! – с жаром произнес он.

– От чего же? – поинтересовалась Диана самым дружелюбным тоном. – Может, оттого, что весь Амальон переберется жить на Поляну Единорогов? Тогда да! Только боюсь, – и она обвела пространство вокруг себя печальным взглядом, – Вам здесь будет тесновато!