— Да, в том ящичке, а что?

— Полагаю, мне нужно наложить повязку.

Увидев кровь у него на лбу, она охнула и подтолкнула Фрэнка в ванную.

— Садитесь. — Джина указала на бортик ванны.

— Я все сделаю сам, если вы скажете, где лежат бинты или пластырь.

— Боже мой, почему вы ничего не сказали. Похоже, ручка шезлонга ударила прямо в висок и рассекла кожу.

— Я не знал, что идет кровь.

Незнакомка подошла ближе, наклонилась, чтобы убрать волосы и посмотрела на рану. Он полуприкрыл глаза, когда ей пришлось осторожно раздвинуть его ноги, чтобы встать между ними. Когда она наклонилась еще ниже, Фрэнк увидел крошечные веснушки у нее на груди и не смог сдержать стон.

— Я больно нажимаю?

Ты убиваешь меня, подумал он, но сказал:

— Вовсе нет.

— Можно, я продолжу? Я буду осторожна. Продолжу? Леди, пристрели меня и избавь от этих мучений! — продолжал он свой внутренний диалог.

— Я вам доверяю.

Девушка взяла влажное полотенце и промокнула ссадину.

— А—а! — Он поморщился.

— Плакса—вакса, — поддразнила Джина. — Ранка крошечная.

— Все равно больно.

— Большой сильный мужчина. — Она посмотрела на Фрэнка, чтобы убедиться, что тот шутит, а на самом деле ему вовсе не больно.

Тот не смог сдержаться:

— Если вы ее поцелуете, то боль совсем пройдет.

— Извините, но я не буду целовать вашу окровавленную голову.

— Можно поцеловать и в другом месте, — ухмыляясь, предложил он.

— В другом месте? Хорошо. В супермаркете. Через пять лет, считая с воскресенья.

— Это уже свидание.

Фрэнк терпеливо ждал, пока она осторожно промывала ссадину, затем смазывала каким—то антисептиком. Каждое движение ее пальцев усиливало желание. При каждом прикосновении его чувства рвались наружу. Аромат роз наполнял легкие Фрэнка. Он запоминал форму ее шеи, изгиб ключицы.