Лично сама Челси в эту сказку не особенно верила, подозревая, что если пожилые женщины и сидели ночью на пляже, то лишь затем, чтобы плести не нити, а небылицы. После внимательнейшего осмотра никто из подруг не обнаружил в юбке ничего особенного, хотя – и это нужно было признать – черная юбка была очень милой вещицей и невероятно шла Тори, которая клялась, что все, о чем рассказывала ей продавщица, – правда, иначе они бы сейчас не присутствовали на ее свадьбе.

– Что-то не понимаю. – Гвен перевела взгляд с новобрачных на Челси. – Как она собирается бросать юбку, если у нее ее с собой нет?

– Тори ее надела. – Словно в подтверждение этих слов Тори стала поднимать юбку атласного платья. – Она сказала, что не снимет юбку, пока на ее пальце не будет обручального кольца.

– Надо же, оказывается, все верят в силу этой юбки, хотя утверждают обратное, – заметила Кейт, когда подруги, как по команде, встали со стульев.

– Я постараюсь ее поймать, – сказала Челси.

– Ты? – удивилась Гвен. – А кто проклинал всех мужчин после встреч с Бойдом?

Кейт подтолкнула локтем подругу.

– Ты что, забыла? Мы же обещали больше о нем не говорить. Такой поганец не заслуживает, чтобы на него потратили даже секунду. – Она посмотрела на Челси. – Я так рада, что ты снова готова рискнуть, Челс. Уверена, тебе обязательно повезет.

– Но я…

Челси замолкла, тронутая участием, написанным на девичьих лицах. У нее-то были свои планы в отношении юбки, и вовсе не потому, что с ее помощью она надеялась привлечь к себе мужчин, но Кейт и Гвен были так рады за нее…

– Если она случайно прилетит к нам, мы бросим ее тебе, – усмехнулась Гвен.

– Люблю вас.

Челси быстро обняла их, а затем они все вместе стали прокладывать себе путь среди таких же одиноких женщин поближе к невесте. Тори уже стянула с себя юбку и теперь размахивала ею как лассо.