— Что вы сказали? О да, конечно!

Барлоу действительно получает баснословные почасовые гонорары, решил он, направляясь вслед за Джеймсом. Та картина, написанная маслом, была подлинником. Половина ее пациентов, по всей вероятности, скучающие обеспеченные женщины, которые полагают, что это очень мило — поболтать с подругами о своем психиатре, попивая в клубе после игры в теннис маленькими глотками сок. Какой же это все фарс! На эту чепуху, пожалуй, не стоит тратить и шести минут.

Джеймс открыл дверь и отступил назад:

— Пожалуйста, мистер Харрис.

— Благодарю, дитя, — сказал Деклан. Он полагал, что это словечко прозвучит к месту, хотя само «дитя» было, наверное, только на пять или шесть лет моложе него самого, но если это словечко услышит доктор Барлоу, она встревожится оттого, что Деклан не в том раздражительном настроении, которое могло бы свидетельствовать о стрессе и, соответственно, возможности посоветовать ему поменьше работать и пить кофе.

Деклан вошел в кабинет и услышал, как дверь закрылась за ним. Его внимание привлек огромный аквариум. Шикарно, подумал он. Кто бы ни проектировал эту стену с аквариумом, он хорошо выполнил свою работу. Впечатление аквариум производил поразительное, даже очень…

— Здравствуйте, мистер Харрис!

Деклан резко повернул голову на звук мягкого женского голоса. Быстрым взглядом он критически оценил и запомнил каждую мелкую черточку в лице и фигуре женщины, стоящей около стола. Неожиданный жар окатил его с головы до ног, а сердце бешено забилось. Одна мысль молоточком застучала в его мозгу: психолог не может так выглядеть! Доктор Барлоу, подумал он недоверчиво, прекрасна.

Высокая. Стройная. Изящная. Красивые черты лица. Огромные карие глаза. Светлые волосы, зачесанные на затылок. «Какой длины ее волосы, если их распустить?» — с интересом подумал он.

Его взгляд оторвался от лица, и он увидел, что ее фигура совершенна: полная грудь, узкая талия, длинные ноги с атласной кожей. На ней была сверкающая белая юбка, широкий черный пояс и черная, в маленький белый горошек, шелковая блузка с длинным рукавом. Два ряда белых бус опускались до пряжки пояса.