— Ты прав, извини. Я не часто бываю таким сентиментальным, но потеря единственного сына… Благодаря тебе у меня сейчас есть цель в жизни. После смерти жены я сосредоточил все свое внимание на Джеффе. Тогда Джефф был малышом. А после его смерти я не видел смысла в продолжении своей врачебной практики. К чему мне было сколачивать состояние? Какая польза от наследства, если его некому передать? Но ты помог мне тогда, год назад.

— Да-да, — сказал Деклан, вставая со стула. Он покрутил шеей, пытаясь расслабить болезненно натянутые мускулы. — Хочешь кофе?

— Нет, благодарю. Я зашел, чтобы сообщить тебе то, что меня последнее время очень беспокоит.

— О? — Деклан пересек и налил себе чашку кофе, затем повернулся к Биллу и оперся о маленький бар.

— Ты хорошо знаешь, что я наблюдаю за здоровьем сотрудников шести фирм, размещенных в этом здании. Все пятнадцать человек твоей фирмы «Харрис и Купер» на прошлой неделе успешно прошли медицинский осмотр, за исключением одного человека, занимающего самое высокое положение в фирме.

— Неужели? — Деклан выпил кофе и опустил чашку на стойку бара. — О ком же ты говоришь? Что с ним или с ней?

— Смеешься? Выслушай факты без имени. Слишком уж легко объяснить причину и следствие, когда знаешь личные качества человека. Это мужчина тридцати пяти лет, чей рост шесть футов, а вес без излишка, что-то около ста восьмидесяти фунтов, и у него превосходный тонус мышц. Он не курит и не пьет лишнее. Тем не менее, у этого человека признаки сильного переутомления и стресса.

Деклан оттолкнулся от стойки бара.

— Ну, продолжай же, Билл, — сказал он, прищуривая глаза. — Расскажи мне все обо мне!

— Пожалуй, я должен был бы воздержаться от описания, — сказал Билл. — Теперь держись, Деклан! Ты прав, я говорю о тебе. Ты переживаешь стресс. Ты уже страдаешь от повышенного напряжения мышц, рецидива головных болей и неспособности расслабиться хотя бы настолько, чтобы хорошо выспаться.