Виктория смущенно опустила глаза.

- Знаешь, я уже думала об этом. Дамьен один раз поцеловал меня, но я почувствовала только отвращение. Что же касается Дэвида Эстербриджа, у меня вообще не было никаких ощущений. Это было как выполнение скучной обязанности. А с тобой во мне происходят волшебные превращения. Ты кудесник, Рафаэль, и умеешь творить чудеса.

Рафаэль был тронут до глубины души. Она была настолько искренней, что у него потеплело на душе. Ее глаза светились честностью и невинностью. Но может ли женщина отвечать только одному мужчине с такой бешеной страстью? Неужели существует нечто необъяснимое, возникающее только между двумя определенными людьми? Для Рафаэля такое объяснение звучало, мягко говоря, необычно. Он страстно желал каждую женщину, с которой занимался любовью.

Рафаэль вспомнил, какой была Виктория до памятного разговора с Дамьеном в библиотеке. Ни разу она не дала повода усомниться в своей добродетели. Но справедливости ради следует отметить, что в те дни он ни разу не целовал и не ласкал ее.

- Думаю, следует уточнить определение, - добавил Рафаэль, - мы с тобой - волшебная пара.

Они нежно улыбнулись друг другу и на несколько мгновений в маленькой кухне воцарились мир и взаимопонимание. Но тут Рафаэль нарушил молчание и в воздухе вновь повисла неловкость.

- Пойдем в спальню, Виктория.

- Прямо сейчас? Средь бела дня?

Рафаэль улыбнулся, стараясь скрыть досаду, но решил не настаивать.

Неожиданно Виктория почувствовала ужасную усталость. Ее до крайности угнетало чувство своей полной беспомощности и беззащитности перед мужем. Она представлялась себе марионеткой, которой управляет этот большой и сильный капитан. По какой-то непонятной причине или ввиду необъяснимого стечения обстоятельств он приобрел над ней почти неограниченную власть. Это не правильно и несправедливо!