В ту же секунду Рафаэль оказался рядом с ней.

- С тобой все в порядке, дорогая? Что произошло? Виктория не могла поднять на него глаза. Она была совершенно выбита из колеи. Она снова забыла о своей больной ноге и так опозорилась!

- Ничего страшного. Я просто споткнулась. Рафаэль заботливо помог ей подняться на ноги.

- Я иногда так неуклюжа, - пробормотала она, внимательно рассматривая узоры на ковре и надеясь, что больная нога не подведет вторично, - надеюсь, ты простишь мне этот недостаток?

- Ты.., неуклюжа? Не говори чепуху, Виктория. Оступиться может любой человек, даже твой безупречный супруг. Но сейчас все в порядке?

Виктория кивнула. Она машинально растирала саднящее бедро, не сознавая этого, до тех пор пока Рафаэль озабоченно не поинтересовался:

- Давай я посмотрю, что у тебя с ногой. Ты ушиблась? Виктория поспешно отдернула руку от бедра, словно прикоснулась к горячей печке.

- Нет-нет. Со мной все отлично. Вот и наступил тот момент, когда она должна рассказать ему о своей ноге. Дальше тянуть невозможно. Но она не могла себя заставить открыть рот, она по-прежнему боялась.

Рафаэль отнес все странности в ее поведении на счет страха перед наступающей ночью. И почувствовал себя польщенным.

Виктория вяло жевала кусочек хлеба, не ощущая вкуса.

- Я хочу, чтобы ты включил свет, - неожиданно выпалила она.

Рафаэль удивленно замер, не донеся до рта довольно аппетитный ломтик сыра.

- Но ведь сейчас только шесть часов. Какая разница, будет гореть свет или нет Все равно еще светло.

- Ой!

Рафаэль оставил в покое сыр и серьезно посмотрел на жену:

- Что происходит? Послушай, дорогая, у тебя нет никакого повода бояться меня или того, чем мы собираемся заняться. Уверяю тебя, все на свете мужья и жены занимаются любовью, причем делают это с завидной регулярностью. - Он не стал говорить, что под его ласками она забудет обо всем на свете.