Осторожно, как самую большую драгоценность, Рафаэль уложил жену на кровать и сам опустился рядом с ней. Приподнявшись на локте, он пристально вглядывался в ее лицо, стараясь увидеть глаза.

- Здравствуй, жена, - шепнул он и положил руку на плоскую гладь ее живота.

- Рафаэль...

- Что, любовь моя?

- Не знаю.., я ничего не понимаю.., мне больно, но хочется еще и еще.., я не знаю чего...

Рука Рафаэля, ласково поглаживающая ее теплый живот, опустилась ниже, несколько секунд поиграла жесткими колечками волос и властно раздвинула бедра. И вот уже под его ладонью горячая вздрагивающая расщелина. Виктория судорожно всхлипнула и инстинктивно выгнула спину.

- Ты хочешь, чтобы я доставил тебе наслаждение, моя милая?

- Не понимаю, о чем ты... О поцелуе?

- Разумеется, но не только... И я хочу видеть твое лицо в момент наивысшего наслаждения.

- Не понимаю.

- Скоро поймешь, обещаю тебе. - Рафаэль требовательно поцеловал жену, исследуя языком самые сокровенные уголки ее рта, а пальцы тем временем нащупали сокровенное отверстие между ногами. Оно было очень маленьким, но края его уже увлажнились и раскрылись, готовясь принять мужчину. Виктория уже почти не владела собой от желания. Между тем его пальцы двинулись к замершему в ожидании прикосновения комочку нежной плоти и начали ласкать его. Ее бедра конвульсивно задергались, и он понял, что она находится во власти оргазма. Приподняв голову, Рафаэль внимательно следил, как она билась в конвульсиях страсти. Выражение муки на ее лице сменилось безграничным удивлением, даже потрясением, а из горла вырвался хриплый крик.

И вот ладонь прижалась к тому месту, где она зажгла столь жаркое пламя, и замерла. Но Рафаэль не убирал руку, все еще продолжая ощущать слабые конвульсии постепенно возрождающегося из сладких мук тела.