— Наконец-то, — вздохнул Джеймс с облегчением, — Шарлотта уложит тебя в постель, вот увидишь, Джордж.
— Шарлотта — закаленный боец: у нее два сына и три дочери. Она-то меня прекрасно поймет. И должна тебя предупредить, что, если ты не перестанешь говорить о постели, я тебе рожу прямо здесь, в гостиной, вот увидишь, дорогой.
Эми пошла открывать дверь, с улыбкой вспоминая слова Джордж о том, что Джеймс неплохо переносил ее беременность.
Кто бы мог подумать, что он так сломается! Ей надо было послать и за Энтони, хотя он и без того приедет вместе с Рослин. Когда Рослин рожала, на Энтони как столбняк нашел. Теперь ему неплохо было бы посмотреть, как справляется его брат. Но, открыв дверь, она увидела не членов своей семьи, а пятерых братьев Андерсон. Может, это кого-то и удивило бы, но, пожалуй, для нее здесь не было ничего странного.
Глава 5
— Привет! — раздался голос Дрю Андерсона, В дверь постучал именно Дрю, а сейчас он стоял и обворожительно улыбался Эми. — Вас зовут Эми, не правда ли? О нет, прошу прощения, леди Эми, ведь ваш отец — граф или кто-то в этом роде. Дерек рассказывал, что покойный король наградил вашего батюшку титулом за какую-то услугу. Я не ошибся?
Эми, польщенная, что ее узнали, выпалила:
— Папа дал королю совет. Он прекрасно разбирается в финансовых вопросах. — Кстати, девушка догадывалась, что унаследовала отцовские способности, поэтому никогда не держала пари против родственников и друзей, поскольку, полагаясь на свою интуицию, никогда не проигрывала.
— Вот если бы нам так повезло! — продолжал Дрю, не отрывая от Эми своих черных как угли глаз, а затем сказал:
— Вы уже совершенно взрослая и хорошенькая, как картинка, Его комплименты не смутили ее, не бросили в краску, как это случилось бы с любой другой ее сверстницей. У этого брата Джорджины по девушке в каждом порту, как говорила его собственная сестра, и его нельзя принимать всерьез. Но то, что Эми сейчас оказалась в центре внимания, не входило в ее планы. Не так представляла она себе первую встречу со своим избранником! Девушка сразу отыскала его глазами и не обнаружила в них ничего, кроме нетерпения, которое немедленно выплеснулось наружу: