— И для этого надо было уезжать из Дома? — удивилась Настя.

— Обязательно! — кивнула Саша. — Одно дело, когда тебе что-то навязывают, и совсем другое, когда у тебя есть выбор.

— И как же ты найдешь своего единственного, если будешь похожа на стерву? — хмыкнула Саша.

— Буду искать такого, которому это понравится… Кретин! — заорала она в адрес водителя «Газели», который притормозил прямо перед ней.

Дернув руль влево, Саша прорвалась в крайний ряд, бессовестно подрезав «Фольксваген».

— Саш, а что ты будешь делать с моим телом? — спросила Настя.

— В каком смысле? — поразилась Саша.

— В таком, что меня сейчас удар хватит! — воскликнула сестра. — Я умру от страха! Не могу ехать на такой скорости! Ты куда-то опаздываешь? И вообще, куда мы едем?

Разговор, начатый Настей во время праздничного застолья, закончился неожиданно. Внимательно, а главное, спокойно выслушав Сашу и Настю, Амалия некоторое время размышляла. Заметно было, что она борется с собой. В то мгновение, когда ее лицо просветлело, девушки вздохнули с облегчением, но Амалия открыла рот и гаркнула:

— Вон из моего дома!

Аглая и Анна бросились к ней, умоляя не принимать решения прямо сейчас, но с Амалией происходило нечто особенное: девушки первый раз в жизни поняли, что их бабка и правда ведьма. Ее лицо почернело, лоб изрезали глубокие морщины, пальцы на руках, казалось, вытянулись и скрючились, а ногти заострились. Глаза пожелтели, а зрачки стали узкими, как у кошки.

Аглая с Анной быстро выставили дочерей из комнаты, предупредив, что будет только хуже, а те с невероятной скоростью растолкали по сумкам первые попавшиеся под руку вещи, бросили багаж в машину и поспешно уехали. Саша, севшая за руль, так гнала, что Настя была уже уверена — еще один такой финт сестра выкинет на дороге, и она поседеет.

— Прости, Насть, — виновато произнесла Саша, немного снижая скорость. — Но мне кажется, что, чем быстрее мы удаляемся от Амалии, тем лучше.