— Мы не доверяем друг другу. — Перчатки легли на холку лошади. — Где мы будем хранить ягоды?

Джон задумался. Она права. Между ними нет доверия. Никто из них не согласится отдать другому ягоды. Так куда их девать, если сбор будет общий?

Мысль спрятать их где-нибудь за городом не привлекала его. Звери отыщут тайник и все сожрут. Этот риск еще более велик, и оставить ягоды на открытом месте без присмотра, не говоря уж о том, что жара для них вредна. Лучше всего было бы темное прохладное место, как под настилом его бунгало… или в хижине Кто-то из них должен уступить. Но прежде чем что-либо решать, Джон хотел убедиться, что она играет в открытую.

— Почему ты выбрала для выращивания деревьев участок, на котором сплошные камни и нет воды? — Он едва удержался, чтобы не сказать: «Только идиот способен на такое».

Она выпрямилась, как бы готовясь постоять за себя.

— У меня нет камней, Я выкинула их со своей земли, все до единого. И я выкопаю колодец, как только смогу это себе позволить, то есть когда получу деньги за выигрыш в конкурсе. Там есть вода, я знаю. Тогда у меня будет много лимонов и я буду продавать лимонный сироп.

Джон уставился на нее невидящим взглядом, обдумывая эти слова. Похоже, она знает, что делает, и ее усилия не будут напрасны. Ему нравились блины с лимонным сиропом. Узнав о ее планах, он почувствовал большое облегчение и уверенность, которая была ему необходима, потому что он собирался сказать ей о своем решении.

Его слова почти слились с треском кузнечиков:

— Что для тебя значит твое честное слово? Она смерила его взглядом, полным достоинства.

— Все. Мое слово — это все для меня. Джон откинулся в седле.

— Тогда я отдам тебе ягоды на хранение, если ты дашь честное слово, что не обманешь меня.

— Даю тебе слово.

— Значит, по рукам?

— По рукам, — медленно проговорила она.

— Партнер, — сказал он.