— Да-а. Одна такая красавица стоит шестьсот пятьдесят денежек.

На водительском месте сидел очень высокий и широкоплечий господин в белом дорожном комбинезоне. Человек подобного телосложения вполне мог сойти за боксера. Рядом с ним сидел точно такой же детина.

Толпа посторонилась, пропуская «олдсмобиль», который остановился у ворот. Водитель и его спутник вышли из автомобиля и важно прошествовали к парадному входу. Изабель встала на цыпочки, чтобы лучше видеть происходящее.

— Что ты обо всем этом думаешь? — Губы Джона были так близко, что слова щекотали ухо, и все тело ее наполнилось приятной истомой.

Повернувшись к нему лицом, она сказала:

— Что я могу думать? Ничего подобного я еще не видела. А ты?

— Мне это напоминает передвижной зверинец, который мы с братом ходили смотреть в детстве. Там было много всяких диковинных штук.

— Дверь открывается! — прокричал кто-то.

Изабель вытянула шею и увидела, как створка двери распахнулась внутрь и в проеме показался дородный господин. Его абсолютно седую голову покрывала шляпа в шотландскую клетку. Густые брови, пышные усы и борода сияли той же почтенной белизной. На полных щеках играл румянец.

На нем были узорчатые вязаные бриджи и полосатые гетры, которые провисали, несмотря на эластичные подвязки с пряжками, крепившие их к толстым коленям. На ногах — войлочные домашние тапочки. Он курил трубку и помахивал тонкой металлической тросточкой.

Ба!.. Да этот Беллами Никлаус похож на клоуна.

— А, черт, — пробурчал Джон. — Этот тип кидал в меня мячики.

— Что?

Джон не успел объяснить, потому что в этот момент Беллами заговорил.

— Я рад, друзья, что все вы пришли посмотреть на прибытие моей елочки, — сказал он, ухмыляясь. Затем, умильно сощурив глазки и обращаясь к двум гигантам, приехавшим на «олдсмобиле», он произнес: — Вы отлично справились, Юль и Тайд. Эта даже лучше, чем была у нас в прошлом году в Паго-Паго. Вы, конечно, не забыли эти колючие плоды — как бишь они?