Такой себя помнила Дейзи, когда ей минуло шестнадцать лет. У девушки на портрете был такой же, как у нее, прямой, слегка вздернутый носик. Розовые полуоткрытые губы, казалось, сейчас весело улыбнутся... Дейзи тряхнула головой, словно избавляясь от наваждения. Но девушка продолжала сиять с отреставрированного портрета, воплощая собой ожидание любви или саму любовь. Маргарита... маргаритка... Так звал ее когда-то один юноша, ее первая и до сих пор единственная в жизни любовь. Внезапная боль пронзила сердце. Дейзи прижала к груди ладонь. В те годы она любила Дика всем своим существом, а он... он предал ее!

Как странно, ведь прошло много лет, а больно так, будто все произошло только вчера. Конечно, тогда было еще хуже. В семнадцать лет Дейзи всерьез думала о смерти. Вся ее жизнь с тех пор изменилась. Как, собственно, и она сама. Но до того как она узнала правду о Ричарде Редмане, она выглядела точь-в-точь, как это творение художника. Удивительно! А правда...

Правда заключалась в том, что не Дейзи была нужна Ричарду, Ему, сыну бедной вдовы, нужны были деньги. Тринадцать лет тому назад Ричард Редман отказался от ее любви и уехал с деньгами, которые получил от ее отца. Получил, отказавшись от Дейзи. Ничего удивительного! Таких денег он в жизни своей не видел. Любимый человек оказался бессердечным охотником за долларами! Дейзи даже представляла, каким восторгом сверкнули его рыже-карие глаза при виде суммы, которую предложил отец. Что ж, для нищего деревенского парня это был миг удачи, и он его не упустил.

Резко отвернувшись от картины, Дейзи тряхнула головой. От нахлынувших воспоминаний ей стало дурно. Лучше бы никогда не видеть этого портрета. Если она позволит себе снова погрузиться в прошлое, то может надолго утратить душевное равновесие и такими трудами обретенную уверенность в себе. Она не имеет права допустить, чтобы гнев и отчаяние, связанное с прошлым, снова сводили ее с ума. Она пошла к Юджину, чтобы обсудить последние приготовления на вечер, но ее остановила секретарь Кэрол.