Я всегда верила словам Гамлета: «И в небе и в земле сокрыто больше, чем снится вашей мудрости, Горацио».
Когда королева Виктория в 1838 году разрешила публике доступ в парадные апартаменты. Хэмптом-Корта, многие пришли в ужас. Открыть «простонародью» вход во дворец? Но они же его разнесут! И только в 1949 году первый из аристократических дворцов открыл двери посетителям за плату для поправления финансовых дел семьи. Это был «Лонглит», величественный и удивительно красивый дом елизаветинских времен, принадлежавший маркизу Батскому.
Глава первая
1879
– Графиня Седжуик, ваша светлость.
Услышав голос дворецкого, докладывающего о гостье, герцог Долуин, что-то писавший, удивленно поднял глаза.
В дверях появилось ослепительное видение в зеленом туалете. Из-под пышного плюмажа виднелось очаровательное личико с большими темными глазами.
Герцог медленно поднялся.
– Изабель! – воскликнул он.
Дверь за ней затворилась, и он продолжал:
– Зачем вы приехали?
– А как вы считаете? – спросила графиня. – Я здесь для того, чтобы повидать вас, мой милый Криспин.
Герцог вышел из-за стола, но не обратив внимания на протянутую для поцелуя руку, направился к камину.
– Когда мы виделись в последний раз, – немного помолчав, ледяным тоном произнес он, – вы сказали, что ненавидите меня и больше никогда не заговорите со мной.
– Совершенно верно, – согласилась графиня, – но кое-что изменилось, и по тому я здесь.
Она грациозно опустилась на диван, прекрасно сознавая, что падающий из окна свет подчеркивает ее красоту. В Лондоне чуть ли не каждый мужчина восхищался этой красотой, и одно время герцог принадлежал к самым пылким поклонникам графини. И, глядя на него, она подумала, что почти забыла, как он красив. Но в ней все еще живо было воспоминание о бешеной, пылкой страсти, сжигавшей их обоих.