Она сказала:

- Я знала, это случится. Я знала...

Его голос вмешался резко, почти грубо:

- Что случилось?

- Он здесь. Он приехал. Я должна была встретиться с тобой, я...

Он прервал ее снова:

- Ради Бога, возьми себя в руки. Откуда ты узнала, что он здесь?

Она заговорила напряженно, с дрожью в голосе:

- Мне позвонили сегодня вечером. Его машину видели. Они проследили ее до Монтелимара. Он едет этой дорогой. Он, должно быть, узнал, где мы...

- Лоран...

- Что нам делать?

"Что нам делать?" - это был шепот отчаяния. Я прислонилась к стене в своем углу; ни за что на свете не вышла бы я отсюда теперь. Оставалось надеяться, что они сами не забредут ко мне в поисках еще большего уединения.

Мужчина глубоко вздохнул, затем заговорил тихо и выразительно:

- Пока мы ничего не можем сделать. Мы не знаем точно, где он. Он может находиться в любой части Прованса. Когда его видели в Монтелимаре?

- Вчера.

Он гневно взорвался:

- Господи, что за тупые ослы! И они позвонили только сегодня вечером?

- Они не были уверены. Они увидели большой серый автомобиль с английскими номерными знаками и решили, что это он. Это был первый след после Шартра.

- Могли бы и уточнить. За что, черт побери, им платят? - сказал он сердито.

- Можем мы узнать, где он сейчас? Я... я сомневаюсь, что смогу и дальше выносить эти... эти подозрения.

- Нет, нам не следует ничего предпринимать. Не сомневаюсь, что все прояснится достаточно скоро. - Его голос звучал мрачно. - И, ради Бога, Лоран, держи себя в руках. Не стоило тебе вызывать меня сегодня. Никогда не знаешь, кого можешь тут встретить, парк такой маленький. Кто-нибудь из отеля...

В ее резком голосе прозвучала тревога: