Работа Мэри нравилась Куинну, они недурно зарабатывали на журнальной и прочей рекламе. Чего еще желать? Джея Мэри устроила в детский садик, вскоре купила машину – в основном для того, чтобы ездить за покупками раз в неделю и отвозить сынишку в сад.

Однажды на съемке она познакомилась с умопомрачительной манекенщицей. Ее ровесница, рыжеволосая красавица с черными как ночь глазами и потрясающей фигурой, была выше Мэри чуть ли не на две головы. Алекс тотчас «запал» на Клэр, снимал ее едва ли не дважды в неделю. А поскольку на съемках присутствие визажиста было обязательным, Мэри волей-неволей приходилось следить за развитием их отношений. Алекс в буквальном смысле слова отбил красотку у бывшего дружка, пересчитав тому все зубы, и парочка зажила счастливо на квартире победителя. Клэр цвела как майская роза, и в порыве душевной щедрости готова была осчастливить весь мир. Тогда-то она и стала приставать к Мэри насчет бойфренда…

Сейчас рыжеволосая красавица в ярко-алом платье, необыкновенно ей шедшем, с бокалом шампанского в руках стояла рядом с виновником торжества и сияла голливудской улыбкой. Заметив в дверях Мэри, она сперва озадаченно заморгала, но затем расхохоталась и дернула Алекса за рукав.

– Ты только взгляни! Что за чудо-бэби! Какие ножки, с yмa сойти! А эта дурочка из джинсов не вылазит…

Обернувшись, Алекс оглушительно возопил:

– Мой малыш пришел! Иди сюда, моя хорошая!

И Мэри, помимо своей воли, оказалась в самой гуще развеселой толпы. Кто-то сдернул с ее носа очки, кто-то сунул в руки бокал… Она же думала лишь об одном: как увернуться от фотообъективов. Впрочем, вряд ли ей удалось преуспеть в своих маневрах. А это было важно.