Однажды в Опере, беседуя с матерью и друзьями в фойе, она увидела прямо перед собой принца и принцессу. Дамы едва успели выстроиться в ряд. Рудольф прошел вблизи, чуть не коснувшись Марии. Отвечая на вопрос жены, он отвернулся и не обратил внимания на Марию. Но не приметил ли он ее еще издали? Позднее она стала размышлять над этим. Но в тот момент при неожиданной встрече с этой парой сердце ее болезненно сжалось. О семейной жизни Рудольфа она наслушалась всяких подробностей, но вместе с женой никогда его не видела. Теперь то, что казалось несущественным, обрело конкретную реальность. Ситуация предстала в ином… тягостном свете.

В тот вечер, несмотря на близость Рудольфа, она была печальна.

Некоторое время Мария удовлетворялась тем, что думала о наследном принце и наделяла его самыми благородными чертами. Затем ее стала занимать мысль, какое впечатление она произвела на него. Она не сомневалась, что он заметил ее на скачках и, возможно, был восхищен. Но тут же возникло сомнение. „Он смотрел на меня, это так, – говорила она себе, – но не из-за того ли, что впервые меня увидел? Знающий всю Вену, он встретил незнакомку. И его внимание объяснялось не восхищением, а любопытством. Я так молода, чем я могу быть интересна?“

В другой раз она допускала, что он нашел ее хорошенькой. „По-видимому, я мила и могу нравиться, – думала она, – все мужчины в салоне мамы повторяют это. Но увы! Есть столько женщин красивее меня, кому дано несравненное счастье подходить к нему и беседовать с ним! Он многих видит ежедневно. Он пресыщен и уже забыл обо мне. При встрече он меня не узнает“.