Правда, сердце у нее все еще колотилось в ускоренном ритме. До последней минуты она боялась, что Рихард все-таки вынырнет в Барселоне. Но у него явно не было таких денег, чтобы нанять частный самолет или водителя. А вероятность того, что он сам поведет машину, она исключала. Слишком много вина он выпил.

Но пока все шло хорошо, и к ней вернулся ее природный оптимизм. Что еще теперь может произойти? Завтра утром паром гарантированно причалит в порту Пальмы, и тогда Катрин сделает все, как запланировала.

Покинув бар, она вышла на верхнюю палубу и немного постояла, глядя, как исчезают в дымке огни Барселоны. Море казалось черным, и лишь бледный серпик месяца повис в небе во мраке ночи. Но воздух был мягким и теплым, типично южным. Катрин внезапно снова ощутила радость от предстоящего отдыха.

Вернувшись в каюту, она приняла душ и легла в постель. Она прислушалась к глухому стуку моторов, еще раз припомнила события безумного дня и заснула.

Проснулась она, лишь когда в дверь постучали. Мужской голос что-то сказал по-испански, потом по-английски и под конец по-немецки.

— Через двадцать минут мы прибываем в Пальма-де-Майорка.

Через двадцать минут! Катрин соскочила с постели и побежала в крошечную ванную чистить зубы. Времени в обрез. Когда через четверть часа она вышла на палубу, паром уже взял курс на гавань Пальмы. В утреннем свете выделялся величественный собор. Катрин глубоко вдохнула свежий воздух.

Если бы она встала раньше, то успела бы выпить внизу чашку чая или кофе. Завтрака на борту не подавали.

Катрин вдруг ощутила зверский голод. Со времени ужина с Рихардом она ничего не ела и решила перекусить и выпить кофе, прежде чем оставить автомобиль у отеля «Палмера». Спустившись на нижнюю палубу за машиной, она почувствовала облегчение, увидев, что красный «порше» на месте. Но, вероятно, украсть машину с парома почти невозможно, сказала она себе, усаживаясь за руль.