Аля слегка отодвинулась от руки Стаса.

— А Стручков знал, что ты ищешь?

— Конечно, он ведь сам мне сказал, чтобы я искал что-то похожее на здания… И я нашел. Но только я не хотел отдавать ему координаты.

Говоря это, Тигринский приблизился к девушке еще на полмиллиметра.

— А сам он не сможет повторить то же, что сделал ты?

Тигринский рассмеялся и потер нос. У него было отличное настроение. Впервые за много лет ему удалось принять ванну, и теперь он чувствовал ликование во всем теле. Даже то, что Аля пока явно не воспылала к нему страстью, сейчас не сильно его угнетало.

— Вряд ли он сможет повторить, — отозвался Тигринский, отвлекаясь от сладких мыслей. — Там очень много данных. Я сомневаюсь, что у уважаемого профессора хватит терпения просмотреть каждую черточку на каждом снимке дна. И даже Лиля, хоть она и куда умнее, чем это показывает, не сможет ему помочь. Лиля мелкая интриганка, а не научный работник, изучение двадцати тысяч снимков — не ее планида.

Стас посмотрел на Алю так, что девушке стало жарко.

«Ну что он на меня так пялится? — подумала она с досадой — Я же ясно дала понять, что секса не будет. С другой стороны — я пригласила его домой, разрешила переночевать, и, конечно, он рассчитывает на продолжение. Дурацкая ситуация».

Аля плотнее завернулась в одеяло.

— Знаю, — коротко кивнула она, не желая дальше обсуждать Лилину мнимую дурость. — Девушке в театральное училище надо было идти, изображать рафинированных барышень, у которых внезапно, на фоне острых душевных переживаний, проявляется волчья хватка. Нет, лучше «тигриный оскал».

— Г-г-гы-гы, — хихикнул Тигринский, снова начавший заикаться.

— А город глубоко?

— На глубине всего 8 метров , вода там прозрачная, потом еще два метра, не больше, ила, а залило город внезапно, так что добра там должно быть немерено. И если бы удалось найти пару черепков возрастом три-четыре тысячи лет, это могло бы нас финансово поддержать. Особенно меня, я ведь в общежитии живу.