— Они убили, убили мою маму. Я видела, видела! Они убили маму и папу. Они убили…
— Я знаю. Мне очень жаль.
— Кровь. Я ползла прямо по крови. — Глядя на Еву огромными неподвижными глазами, она подняла руки. — Кровь.
— Ты ранена, Никси? Они тебя видели? Они тебя ранили?
— Они убили, убили…
Тут в ванной появилась Пибоди, и Никси завизжала, словно ее резали. И бросилась прямо на руки Еве.
Пибоди остановилась и заговорила очень тихо, нарочито спокойно:
— Я вызову Службу защиты детей. Она ранена?
— Насколько я могу судить — нет. Но она в шоке. — Держать ребенка было неудобно, но Ева обхватила Никси обеими руками и распрямилась. — Она все видела. У нас не просто уцелевшая, у нас тут самый настоящий очевидец.
— Девятилетняя девочка видела?.. — вопросительно прошептала Пибоди и мотнула головой в сторону спальни. Никси тем временем рыдала на плече у Евы.
— Да. На, возьми ее и…
Но когда Ева попыталась передать девочку Пибоди, Никси еще крепче уцепилась за нее.
— Боюсь, придется вам самой нести ее, лейтенант.
— Позвони в Детскую службу, пусть пришлют кого-нибудь. А пока начинай съемку без меня. Комнату за комнатой.
Ева надеялась передать девочку кому-нибудь из патрульных, но Никси словно приклеилась к ней. Пришлось смириться. Она унесла Никси на первый этаж, огляделась в поисках какого-нибудь подходящего места и выбрала игровую комнату.
— Я хочу к маме! Я хочу к маме!
— Да, я понимаю. Но дело вот в чем: тебе придется меня отпустить. Я тебя не брошу, но ты уж, пожалуйста, перестань меня душить.
— Они ушли? — спросила Никси, прижимаясь лицом к плечу Евы. — Тени ушли?
— Да. Отпусти меня. Давай сядем рядом, нам надо поговорить.
— А вдруг они вернутся?
— Я их не пущу. Я знаю, тебе тяжело. Хуже не бывает. — Ева просто не представляла, что ей еще сказать, что сделать. В конце концов она опустилась на пол вместе с повисшей на ней Никси. — Мне надо делать мою работу, только так я смогу помочь. Мне надо… — Она мысленно выругалась. — Мне надо взять образец с твоей руки, а потом ты сможешь умыться. Вот умоешься, и тебе сразу станет лучше, верно?