— Это просто большой дом.

— Это волшебный дом, — поправила Пибоди, улыбнувшись Никси. — Много комнат, всюду телевизоры во всю стену, игровые приставки, даже бассейн.

— Прямо в доме?

— Ага. Ты умеешь плавать?

— Папа нас научил. Мы на Рождество ездим на неделю в Майами на каникулы. Там океан и бассейн при гостинице, и мы поедем… — Она умолкла и всхлипнула, вспомнив, что не будет больше семейных каникул на Рождество. Вообще больше не будет семейных каникул. — Им было больно, когда их убивали?

— Нет, — мягко ответила Пибоди.

— Нет? — недоверчиво переспросила Никси, сверля взглядом затылок Евы.

Ева остановила машину у крыльца.

— Нет.

— Откуда ты знаешь? Ты же еще не умирала! Тебе никто не резал горло вот такущим ножом. Откуда ты знаешь, что…

— Потому что это моя работа, — решительно ответила Ева, заглушая истерически зазвеневший голос Никси. Она повернулась и посмотрела на девочку. — Они даже не проснулись, и все было кончено в одну секунду. Им не было больно.

— Но они же убиты, да? Они все равно мертвые!

— Да, с этим не поспоришь. — «Типичная реакция, — подумала Ева. — Гнев всегда идет рука об руку с горем». — Они мертвы, и ты не можешь их вернуть. Но я собираюсь найти тех, кто это сделал, и запереть их на всю жизнь.

— Ты могла бы их убить.

— Это не моя работа. — Ева вышла из машины и распахнула заднюю дверцу. — Пошли.

В тот самый момент, когда она протянула руку Никси, Рорк открыл входную дверь и вышел на крыльцо. Ева почувствовала, что пальчики Никси судорожно вцепились в ее руку.

— Он принц? — спросила девочка шепотом.

«Ну, раз уж дом похож на дворец, — решила Ева, — человек, который его построил, должен быть похож на принца». И Рорк действительно был на него похож. Высокий, стройный, смуглый и великолепный. Шелковистые черные волосы волнами обрамляли лицо, созданное, чтобы заставить любую женщину стонать от желания. Сильные, волевые черты, крупный, но твердый рот, глаза неистово яркой синевы.