– Он никак не хотел спать. Я думала, что он заболел. Лежал, уставившись в одну точку, а поздно ночью начинал кричать. Очень громко, и все ночи напролет… Я не могла успокоить его и прилечь хоть на минутку.

Доктор Джефферс медленно кивнул.

– Довела себя до пневмонии. Ну, теперь мы начинили ее антибиотиками, и дело идет на поправку.

– А ребенок? – устало спросил Дэвид.

– Здоров, как бык. Гуляет с кухаркой.

– Спасибо, доктор.

Джефферс собрал свой чемоданчик и, попрощавшись, ушел.

– Дэвид! – Алиса порывисто схватила его за руку. – Это все из-за ребенка. Я пытаюсь обмануть себя, думаю, что может это все глупости. Но это не так! Он знал, что я еле на ногах стою после больницы, поэтому кричал каждую ночь. А когда не кричал, то лежал совсем тихо. Когда я зажигала свет, он смотрел на меня в упор, не мигая…

Дэвид почувствовал, что все в нем напряглось. Он вспомнил, что и сам не раз наблюдал эту картину: ребенок молча лежал в темноте с открытыми глазами. Он не плакал, а пристально смотрел из своей кроватки… Дэвид постарался отогнать эти мысли – они были безумны.

А Алиса продолжала рассказывать.

– Я хотела убить его. Да, хотела. Прошел день твоего отъезда. Я пошла в его комнату и положила руку ему на горло. И так стояла долго-долго. Но я не смогла! Тогда я завернула его в одеяло, перевернула его на живот и прижала лицо к подушке. Потом я выбежала из комнаты.

Дэвид пытался остановить ее.

– Нет, дай мне закончить, – хрипло сказала она, глядя на стену. – Когда я выбежала из комнаты, я думала, все это просто. Дети задыхаются каждый день, никто бы и не догадался. Но когда я вернулась, чтобы застать его мертвым, Дэвид, он был жив! Да, он перевернулся на спину, дышал и улыбался! После этого я не могла прикоснуться к нему. Я бросила его и не приходила даже кормить. Наверное, о нем заботится кухарка, не знаю. Я знаю только, что своим криком он не давал мне спать, и я мучилась все ночи и металась по комнате, а теперь я больна. А он лежит и думает, как бы убить меня. Проще – он понимает, что я слишком много знаю о нем. Я не люблю его, между нами нет никакой защиты и не будет никогда.