Одетый в шкуры диких животных, со спутанными черными волосами бродил он по лесам со своим луком и стрелами, с тяжелой палицей в руках. Рудра был очень красив, но красотой устрашающей. Улыбка его сияла как солнце, был он быстр в движениях и неуязвим для стрел врагов. Шея его была синего цвета, живот был черен как ночь, спина красна как огонь. И когда носился он на своей волшебной колеснице, то был подобен красному вепрю неба.

Однажды на вершине великой горы Химават собрались боги совершить жертвоприношение. Бог Дакша забыл пригласить на пир могучего Рудру. Страшный гнев охватил Рудру. Разъяренный, появился он на вершине горы Химават и устроил великое побоище, которое заставило содрогнуться от ужаса всех других богов. Смешались земля и небо, погасли звезды, луна и солнце, страшная тьма поглотила мир.

Испугались боги и упали ниц перед Рудрой. Но не утихал гнев Рудры. Богу Пушану, хранителю дорог и стад, выбил Ру д-ра своим луком все зубы, богу счастья и богатства Бхаге — глаза, богу солнца Савитару, которого все звали Золотым, потому что из золота были его глаза, руки, волосы и одежда, оторвал свирепый Рудра руки. Но страшнее всех покарал Рудра своего главного обидчика Дакшу, которому он снес голову. Подняли израненные боги страшный вой и крик, взмолились о пощаде, и лопнула тетива на луке Рудры. И сменил Рудра свой гнев на милость, и обратился гнев его в пар. Вернул он богу Пушану зубы, а богу Бхаге глаза. Правда, с тех далеких пор бог Пушан есть может только кашу, потому и жертву ему приносят люди кашей. А бог счастья и богатства Бхага так и остался слепым, потому и говорят, что счастье и доля людская слепы. Чтобы помочь богу солнца Савитару, могучий Рудра попросил искусного волшебного мастера Тваштара приделать снова Савитару золотые руки. Потому и продолжает до сего дня Савитар простирать свои золотые руки-лучи на землю.

Хотел Рудра помочь и Дакше, но, как ни старались найти боги оторванную голову Владыки всех созданий на земле, так и не смогли — видно, закатилась куда-то далеко-далеко. И приставили к телу Дакши голову козла. Так и остался он с козлиной головой.