— Чтобы взобраться на вершину, надо быть безжалостным. — Лео пожал плечами, отпил вина и взглянул на Хезер поверх бокала.

— Если бы ты не тратил столько времени на работу над своей безжалостностью, то, возможно, нашел бы время для семьи.

— Я подумаю над этим, — ответил Лео. В его голосе прозвучала стальная нотка. — Но меня больше интересует вопрос, почему ты прячешься здесь, в этой глуши. От кого ты скрываешься?

— Я ни от кого не скрываюсь, — запинаясь, произнесла Хезер. — Мне просто нравится жить в деревне! Я не хочу жить в доме, окруженном асфальтом и уличными фонарями, которые горят всю ночь.

Неожиданно Хезер увидела Кэтрин и Даниеля, которые вошли в ресторан.

— Они пришли, — сказала она, едва сдержав вздох облегчения.

— Ты спасена в последнюю минуту, — пробормотал Лео, но ему было хорошо как никогда.

Много лет назад он решил доказать себе и родителям, что сможет выбраться из тисков удушающей бедности, и тогда деньги стали его главной целью в жизни. Но теперь, достигнув высот богатства, о котором он даже и не мечтал, Лео время от времени задумывался, доказал ли он кому-то что-либо.

Лео обеспечил мать на всю оставшуюся жизнь и даже больше, и она, конечно, была благодарна ему… но годы, потраченные на увеличение своего состояния, превратили его в пресыщенного, язвительного человека. Лео настолько привык к тому, что все угождали и повиновались ему, что даже представить себе не мог, что кто-то может его критиковать.

А тем более женщина — причем такая, которая готова была восхищаться всем чем угодно, только не им. Сейчас она, отвернувшись от него, восхищалась новыми футбольными бутсами Даниеля.