Трэвис неопределенно хмыкнул. Следуя за Дэни к дому, он размышлял, как забавно порой складывается жизнь. Вообще, они с братом не очень любили вспоминать детство. Их отец был офицером, поэтому они или переезжали за ним из города в город, или учились в интернате для детей военных. Только в старших классах, когда отец получил назначение в Чикаго и они впервые прожили два года на одном месте, у них наконец появилось хоть какое-то подобие отчего дома. Именно поэтому они, не сговариваясь, решили вернуться сюда после службы в армии и даже поддерживали отношения с несколькими бывшими одноклассниками.

Словно прочитав его мысли, Дэни поинтересовалась:

— Слышал что-нибудь о Брайане или Майке?

— Брайан стал инженером. Мы довольно часто встречаемся — раз или два в месяц. Вместе ходим в тренажерный зал и играем в баскетбол.

— Не могу представить его играющим в баскетбол. Он всегда был похож на парня, которому Господь дал две левых ноги.

— Он перерос этот недостаток, — улыбнулся Трэв. И не удержался: — Сейчас он выглядит как человек с двумя правыми.

— Из этого следует, что ты всегда играешь в противоположной команде, — засмеялась Дэни.

— Зачем отказываться, если удача сама плывет тебе в руки? — Ему нравилось, как сияют ее глаза, когда она улыбается. И влажный блеск полных розовых губ, не тронутых помадой. Какие они, должно быть, мягкие и нежные, если прямо сейчас припасть к ним долгим поцелуем.

— Прекрати смотреть на меня так.

— Как? — схитрил Трэвис, хотя прекрасно понял, о чем она говорит.

— Если я отношусь к особам женского пола — это еще не повод есть меня глазами.

— Даже не собирался. Просто вспомнил песенку «Твои сексуальные губки».

Дэни одарила его таким яростным взглядом, что Трэвис крякнул и поторопился загладить неловкость.

— Хорошо, хорошо, не сердись. Просто я вошел в роль дамского Киллера.