— Бабуля, ты слишком романтична, — сказала Дэни.

— Любовь — это все, — безапелляционным тоном заявила Фрэда.

— Безусловно, — согласился Трэвис, — без нее количество народонаселения резко сократилось бы.

— Фу, — Фрэда всплеснула руками. Браслеты возмущенно зазвенели. — То, о чем ты говоришь — всего лишь обезьяньи игры. Речь идет совсем о другом. О той любви, которой молодые люди вроде тебя старательно избегают.

— И, что касается меня, пока вполне успешно. — его глаза и белоснежные зубы ослепительно сверкнули в сторону Фрэды, и Дэни почувствовала, как бабушка растаяла под непреодолимым обаянием этой озорной мальчишеской улыбки. Трэвис определенно умел найти путь к сердцу женщины.

— Может быть, тебе пора попробовать? Любовь сделает тебя счастливым.

— Пока я не готов вести оседлый образ жизни. — Трэвис смотрел на Дэни. — А ты?

— Ну, меня на сегодняшний день любовь совсем не интересует. Просто не могу позволить себе тратить на нее время. — Дэни ответила ему понимающим взглядом и засмеялась.

— На вас обоих просто грустно смотреть, — печально сказала Фрэда. Потом вдруг ее лицо просияло. — Послушайте, а что, если я воспользуюсь своим даром, чтобы…

— Бабуля, ради бога… Ни в коем случае! — в один голос воскликнули Дэни и Трэвис. Протест прозвучал так категорично, что Дэни сочла необходимым смягчить отказ:

— Боюсь, для нас силы твоего дара просто не хватит.

— Уж я-то совсем безнадежный случай. — Трэвис решил поменять направление беседы. Он достал из кармана записную книжку. — Вернемся к тем людям, которым вы помогли так же, как только что собирались помочь нам с Дэни. Вы можете назвать хотя бы несколько имен из числа этих проклятых?