— Тебе нравится то, что ты видишь? — поддразнил он.

Джейн отвела глаза и потрогала хрупкие фигурки, украшавшие торт.

— Ты хоть понимаешь, что произошло сегодня? — тихо спросила она. — Что означает этот обряд? Какая ответственность с ним связана?

— Боюсь, я не столько анализировал, сколько чувствовал, — признался он.

— Ты должен быть благодарен, что я не убежала из дома твоего отца! — вспыхнула она, стиснув пальцами горло маленького фарфорового жениха.

— Я благодарен, — заверил он, наблюдая, как она душит его миниатюрного двойника. — Я стараюсь отблагодарить тебя за содействие, дать тебе время разобраться в своих чувствах.

— Сначала ты в благородном порыве вернул мне свободу, чтобы я могла стать добычей первого встречного гражданина Миннесоты мужского пола. Я кое-как пережила этот удар, посвятила себя работе. Тогда ты отнял у меня работу! Я попыталась бороться за себя, а ты заявил, что я заманиваю тебя в ловушку, симулирую беременность, чтобы вынудить тебя жениться. Потом мы все-таки разобрались с этим, и вдруг — хлоп! Мы уже состоим в законном браке. Одному Богу известно, надолго ли, — добавила она, заставляя фарфоровую парочку танцевать по столу — тук-тук-тук.

— Есть от чего сойти с ума, — согласился он.

Он только осложняет ей задачу, мысленно застонала Джейн, едва удерживаясь, чтобы не броситься ему на шею и не рассказать всю правду.

Но она не может рисковать. Вдруг он не захочет ребенка и никогда больше не будет верить ей? Все это просто несправедливо!

Грег вдруг шевельнулся, и у Джейн екнуло сердце. Но нет, он не собирался набрасываться на нее, а зачем-то побрел к холодильнику.

— Тебе так и не досталось шампанского, бедняжка. Граймс весь вечер пичкал тебя имбирным пивом. Как тебе, должно быть, было обидно! На самом-то деле выпивка тебе, наверное, была бы очень даже кстати.