Они проникли в небольшой придел, где сырой, холодный воздух с сильным запахом плесени свинцовой тяжестью лег на их промокшие плечи.

— Да мы здесь подхватим смертельную простуду! — пробурчал Жоливаль, на что Марианна не сочла нужным ответить.

В помещении царила полутьма. Церковь оказалась запущенной. Многие разбитые стекла заменяла промасленная бумага. В углу лежала груда обломков разбитых статуй, возле нее две — три сомнительные скамейки, кафедра для проповедей, и все это было густо затянуто паутиной. Но большая полуоткрытая дверь перед амвоном позволяла видеть, что происходит в самом храме, куда именно спешно прибыли император и его спутник. Пронзительный, нетерпеливый и такой знакомый голос нарушил тишину зала:

— Мы подождем здесь. Ты думаешь, они еще далеко?

— Определенно, нет, — ответил другой, высокий, интересно одетый детина-с темными завитыми волосами, который старался укрыть под плащом громадную треуголку с пышным султаном из перьев. — Но зачем ждать здесь, под этими мрачными сводами, где вдобавок к дождю, промочившему нас снаружи, мы получим благословение от дырявой крыши. Разве нельзя найти убежище на одной из этих ферм?

— Пребывание в Неаполе не пошло тебе на пользу, Мюрат, — пошутил император. — Ты уже боишься нескольких капель воды?

— Я боюсь не за себя, а за мой костюм. Эти перья совсем потеряют вид, и я буду иметь честь приветствовать императрицу похожим на ощипанную курицу.

— Если бы ты одевался проще, этого не случилось бы.

Бери пример с меня!

— О, сир, вы — я всегда вам это говорил — вы одеваетесь слишком простонародно, и негоже предстать перед австрийской эрцгерцогиней в одеянии буржуа.

Эта необычная дискуссия об одежде позволила Марианне полностью обрести контроль над собой. Сердце перестало безумно биться, и ее ревность приглушило чисто женское любопытство. Итак, перед ней знаменитый Мюрат, зять императора и неаполитанский король? Несмотря на великолепный синий с золотом костюм, видневшийся из-под большого черного плаща, и высокий рост, она нашла, что лицо его, слишком вызывающее, выглядело, однако, заурядным. Может быть, он самый великий кавалерист империи, но в таком случае ему никогда не следует показываться без своей лошади. Один он выглядел как-то неукомплектованно. Между тем Наполеон объяснил: