Марк усмехнулся.

— Думаете, я преувеличиваю? — сказал мистер Дэлейн. — Ни черта подобного! Эта картина должна стать нашей.

— Однако ее стартовая цена не слишком высока. Вряд ли эксперты аукционного дома так же уверены в великом будущем наследия Миро, как и вы, — осторожно произнес Марк.

За последний год мистер Дэлейн ошибся уже дважды, потеряв изрядную часть оборотного капитала арт-корпорации. Допустить третий промах — значит поставить крест на собственном будущем. Имели ли они право делать ставку на будущее Миро, рискуя собственным?

— Никаких сомнений, — твердо заявил мистер Дэлейн. — Именно вы отправитесь в Лондон. Эта картина должна быть нашей. Любой ценой. Наши инвесторы уже согласны.

— Согласны? — Брови Марка подскочили от удивления вверх. — Но как вам удалось так быстро убедить их?

Обычно мистер Колдридж и мистер Стеффенсон сотни раз проверяли их документацию, требовали массу гарантий и лишь, затем скрепя сердце выделяли необходимую сумму. А тут за считанные часы мистеру Дэлейну удалось уломать придирчивых и въедливых финансистов! Есть чему удивиться.

— Конечно, согласны. Они не хуже меня осведомлены о нынешнем состоянии рынка произведений искусства и знают, как выгодно в данных обстоятельствах делать ставку на художников, покинувших наш суетный мир. — Мистер Дэлейн широко улыбнулся, дав Марку понять, благодаря кому инвесторы получили представление об этом.

— Однако здесь указано, что заявки на участие в аукционе принимаются не позднее сегодняшнего полудня, — осторожно сказал Марк, боясь, что босс мог не обратить внимания на эту пометку и опоздать с подачей заявки. Мистер Дэлейн согласно кивнул.

— Но сейчас уже четверть второго, — уточнил Марк.

Начальник снова кивнул и лукаво улыбнулся.