— До свидания, Катерина, — сказал он тихо.

Девушка не шевельнулась, и тогда герцог привлек ее к себе и поцеловал в губы.

Ее рот был очень нежным, сладким и невинным, и почти минуту герцог удерживал Катерину в своих объятиях.

Эта минута доставила ему наслаждение, которого он не ожидал. Уже много лет герцог не встречал женских губ, которые были бы так беззащитны и так нежны под его губами. Потом он отпустил девушку.

Несколько мгновений Катерина стояла совершенно неподвижно, подняв к нему лицо. Потом повернулась и, не сказав ни слова, побежала к лестнице.

Оставшись под аркой, герцог смотрел, как девушка спускается по ступеням к каналу, и только когда она исчезла из виду, медленно пошел назад к площади Святого Марка.

Веселый шум обрушился на него со всех сторон. Герцог постоял пару минут, созерцая площадь, затем решительно прошел сквозь толпу к причалу и, подозвав гондолу, велел отвезти его к дворцу Тамьяццо.

Затянув песню, гондольер повел свое хрупкое суденышко по подернутой рябью воде Большого канала.

Все гондольеры пели во время карнавала, и все песни их быпи о любви.

Карнавал после праздника Вознесения традиционно был самым веселым и самым блестящим из всех карнавалов.

Именно в праздник Вознесения дож исполнял обряд обручения с морем, и это торжество одновременно являлось празднованием славной победы на Барбароссой.

Венеция сражалась за Папу Александра III, который в благодарность дал дожу кольцо и сказал:

— Пусть потомки помнят, что это море — ваше по праву победителя и подвластно вам, как жена — мужу.

Торжественная церемония обручения совершалась ежегодно, начиная с 1177 года.

Дож, плывущий над толпой в своих парадных носилках, под звуки свирелей и труб, в сопровождении блестящей процессии послов, грандов и сенаторов, поднимался на борт огромной галеры под названием «Буцентавр» и плыл по усыпанной цветами лагуне в Сан-Николо дель Лидо.