Возникла короткая пауза.

— Конечно, она похудеет, если не будет сладкоежкой. Но если станет синим чулком, тебе будет нелегко найти ей подходящего мужа, — предостерегла жена пастора. — Я буду внимательно присматривать за ней. Разве она не слишком молода, чтобы читать?

Лизи оставила попытку вникнуть в содержание, прижав драгоценную книгу к груди и надеясь, что мама не подойдет и не отнимет ее. Щеки горели от смущения, и она хотела, чтобы гости говорили о чем-то или ком-то еще. Мать и сестра пастора перешли к обсуждению других взрослых, и Лизи с облегчением вздохнула.

Возможно, летний пикник был не самым подходящим местом для чтения. Собралось много людей — вся ее семья, самый близкий сосед, пастор и его жена. Всего семь взрослых и шестеро детей, включая Лизи. Ее сестры и их друзья играли в пиратов. Похожий июньский день был наполнен криками и смехом. Лизи мельком взглянула на происходящее, посмотрев на Анну, которая исполняла роль девицы в горе и собиралась разреветься над какой-то неудачей. Старший сын пастора пытался успокоить ее, пока его младший брат и соседский мальчик размахивали палками, словно настоящие пираты. Джорджи лежала на траве, изображая жертву какого-то ужасного невезения.

Лизи не пригласили играть. Да она и не хотела. Чтение увлекло ее с того момента, как она могла различить первые несколько слов, и за последние шесть месяцев внезапно, словно по волшебству, могла смотреть на предложение и понимать большинство слов. Очень быстро чтение стало ее страстью и жизнью. Ей было все равно, что читать, хотя она предпочитала сказки об отважных героях и рыдающих героинях. Сейчас она читала один из рассказов сэра Вальтера Скотта, несмотря на то что он был написан для взрослых и ей потребовалось час или более, чтобы прочесть одну страницу.

Лизи еще раз обернулась и поняла, что совсем одна. Взрослые сидели на больших одеялах и открывали корзины с едой. Ее сестры все еще играли с мальчиками. Она затрепетала от волнения и открыла свою книгу.